тапир во время чумы
Повестка дня:

1. Рисовальное днище.
«а потом пришло утро». отрезвляющее утро в рисовании для меня выглядит следующим образом:
а) сначала ты рисуешь околовозрожденческих грейденсов и они тебе нравятся, ты носишься, как отбитый демиург и, похохатывая, втираешь каждому, кто готов тебя слушать (их, кстати, целых три человека), что ты способна нарисовать Весь Бред Из Своей Черепной Коробки, и это ли не всесилие? упиваешься этим и проникновенно ржёшь в небо, разбрасывая вокруг себя блёстки и конфети.
б) ты садишься рисовать афишу и вдребезги (на сотни болезненных осколков) разбиваешься о шокирующую невозможность (АБСОЛЮТНУЮ неспособность) нарисовать всё так, как это видится в твоей голове. маки. грёбаное поле маков. они камня на камне не оставили от моей самооценки, потому что в голове это тонко, легко и изящно, а руки рисуют Чудовищные Куски Мяса на стебельках. Просто адовы куски плоти! Целое поле ливера! Вместо цветов с полупрозрачными лепестками. Тарантино обрыдался бы от восторга. Я просто выла и не понимала, почему рисование сломалось, почему я вижу, но блять Не Могу?! это какая-то маковая агония, бесконечная симфония красного скрученного мяса вместо цветов. я переделывала и переделывала, перерисовывала снова и снова, я хотела без контура, но кого я обманываю, я пока не могу. вся картинка как бы говорит нам "я пока не могу" и это внезапная лютая боль. потом выложу рисунок, мне надо ещё как-то осознать и принять.

2. Состояние дел с подготовкой Большого Фестиваля:
друг тактично характеризует моё состояние, как в задницу укушенного человека, я же вижу это так, словно оборотень мне полжопы выдрал. и я ползу по полю боя к медпункту, а впереди ещё 16 километров пересечённой местности.

3. И о погоде: погода хорошая.

@темы: мрак/тлен, будни-дни